Rusinst <   Авторы <  

Грингмут В. А.

(3.03.1851 – 28.09.1907)

ГРИНГМУТ Владимир Андреевич (3.03.1851—28.09.1907), один из вождей монархического движения, организатор и руководитель Русской Монархической партии (РМП).

Родился в Москве. Его предки принадлежали к старинному славянскому роду из Прусской Силезии. Дед Грингмута был бургомистром г. Лигнице. Отец Вилибальд-Генрих, окончив курс университета со степенью доктора философии, занимал кафедру классической филологии в Бреславльском университете. Его пригласил в Москву в качестве воспитателя своих детей попечитель Московского учебного округа гр. С. Г. Строганов. После отъезда графа в С.-Петербург в 1847 отец Грингмута остался в Москве и преподавал языки в одном из пансионатов. Постепенно он обрусел, стал зваться Андреем Ивановичем, но русского подданства не принял и веру не сменил. Мать Берта Петровна фон-Соколовская была дочерью директора известной Прохоровской Трехгорной мануфактуры. У Грингмута был еще младший брат Дмитрий, который родился в 1852 и впоследствии также принимал участие в монархическом движении. С детства родители обучали детей языкам: русскому, немецкому и французскому. Помимо этого Владимир Андреевич освоил латынь, древнегреческий и английский. Он получил домашнее образование. Причем особое внимание его отец уделял эстетическому воспитанию сына. В 1866 Грингмут поступил вольным слушателем в Московский университет по классическому отделению (не окончив гимназии, он не мог стать студентом). Здесь он познакомился с профессором римской литературы П. М. Леонтьевым, который оказал на него большое влияние.

По достижении 16-летнего возраста состоялась конфирмация. Грингмут написал блестящее сочинение на тему «Семь последних слов Спасителя». Московский пастор Нэф был в восторге, он утверждал, что за 40 лет своей деятельности ему не приходилось так радоваться, как после прочтения сочинения Владимира Грингмута. Пастор настойчиво советовал Грингмуту-старшему отправить сына для обучения на богословский факультет в Германию. Но Бог судил иначе. Вскоре в 1870 умер отец, не оставив сыновьям ни пенсии, ни капитала. Осенью 1870 Грингмут был принят младшим тутором в Лицей Цесаревича Николая (лицей был основан М. Н. Катковым и П. М. Леонтьевым, который и рекомендовал Грингмута). Четыре года спустя он выдержал экзамен в испытательном комитете Московского учебного округа и получил диплом на звание учителя по классическим языкам. В 1874 началась преподавательская деятельность Грингмута.

2 июля 1875 Грингмут обвенчался в церкви св. Георгия Победоносца на Всполье с дворянкой Рязанской губ. Любовью Дмитриевной Змиевой. Вскоре после бракосочетания он принял русское подданство (впоследствии получил потомственное дворянство). Жена Грингмута была искренно и сердечно религиозной православно-русской женщиной. Именно через ее посредство в 1878 Господь чудесным образом привел протестанта Грингмута в лоно Православной Церкви. Известный московский прот. о. Иоанн Соловьев, духовник Грингмута, передавал впоследствии рассказ самого Грингмута: «В половине 1878 молодые супруги были в городе (т. е. в городских торговых рядах) за разными покупками и на возвратном пути, по желанию Любови Дмитриевны, зашли в часовню Иверской иконы Божией Матери. Любовь Дмитриевна горячо молилась во время совершения молебна. “Как стрелой кольнуло совесть мою помимо воли моей возникшее и всколыхнувшее все мысли и чувства мои сознание того, что я протестант и, как протестант, даже, так сказать, права не имею молиться так, как молится она; я, всем сердцем переживавший все страхи, опасения и упования жены, под давлением этого сознания, по окончании молебна вышел из часовни и был весь этот день сам, что называется, не свой”, — так приблизительно рассказывал об этом о. Соловьеву сам Владимир Андреевич. “Виденное им, — продолжает о. протоиерей, — в эту ночь сновидение еще более усилило возбужденное в нем тем сознанием настроение неудовлетворенности, недоумения, нерешимости и т. п. В этом настроении он явился на уроки в Лицей, и первый, кого он встретил здесь, был тогдашний старший надзиратель Иван Александрович Милованов. Поздоровавшись с Владимиром Андреевичем и ничего не зная о рассказанном выше, он сказал: “Странный сон видел я сегодня, будто вы решились принять православие и просить меня быть крестным отцом вашим и вообще руководителем или лучше распорядителем в этом деле”. “Как громом поразили меня, — передавал Владимир Андреевич, — слова эти, потому что точно такой же именно сон видел и я, засыпавший с мыслию о принятии православия и недоумениями о том, как же устроить это дело… Приняв все это — и случай в часовне, и совпадение сновидений — за указание Свыше, я тут же, без всяких колебаний, решил волновавший меня вопрос и, спустя две или три недели, я присоединен был к православной церкви чрез таинство миропомазания в день своих именин, 15 июля 1878, в Георгиевском на Всполье храме…”».

Принятие Святой Православной веры перевернуло всю жизнь Грингмута. Отныне он стал в полном смысле русским человеком, причем более русским, чем иные русские по крови. Прекрасно сказал об этом о. Иоанн Восторгов в своем «Слове в годовщину смерти В. А. Грингмута»: «Он уверовал в Православную Церковь, и вместе с тем он уверовал и в Россию, в русский народ, в его мировое призвание, в его вселенское значение, ибо призвание, значение и смысл бытия русского народа, его особливой русской и своеобразной государственности, его положение среди других народов мира — все это определяется именно его православием. Он полюбил Россию и русский народ, его историю, его быт, его душу, его государственный строй, его будущее — и России в порыве целожизненного самоотвержения и самоотречения он отдал весь труд своей жизни».

С 1 янв.1894 Грингмут стал директором Лицея Цесаревича Николая. В этой должности раскрылся его талант организатора и руководителя. Самой главной его заслугой было построение преподавания в лицее не просто в согласии с Церковью, но в Церкви. Директор лицея ввел обычай — в начале учебного года и перед экзаменами приносить чудотворные иконы Спасителя, Божией Матери и свмч. Пантелеимона. Были установлены дни, в которые все ученики должны были собираться в храме лицея для молитвы одной семьей. По просьбе Грингмута 22 февр. 1895 в Лицей прибыл прот. Иоанн Кронштадтский, который с того дня и до 1905 ежегодно служил в лицейском храме.

Гринмут был не только педагогом, но и маститым публицистом. Первые пробы пера относятся еще к 1871, когда он опубликовал в изданиях М. Н. Каткова «Московские ведомости» и «Русский вестник» выборки из немецких журналов о состоянии образования в Германии. В 70-е — 80-е он сотрудничал и в др. консервативно-националистических органах печати: «Гражданин», «Современные известия» и др. В 1885 и 1887 под псевдонимом Р. К. (Русский Консерватор) он напечатал в «Гражданине» 2 сочувственные статьи о К. Н. Леонтьеве, которого тогда не замечали. После смерти Каткова в 1887 газета «Московские ведомости» была передана его заместителю С. А. Петровскому. Грингмут стал членом редакции и фактически первым помощником нового главного редактора. Он стал чаще печататься, появляются его передовицы, посвященные проблемам образования и внутренней политики, заметки о школе и вопросах искусства. В 1890 в Москве начал издаваться журнал «Русское обозрение». Среди его сотрудников с самого начала оказался Грингмут, которому были поручены отделы «Текущие вопросы международной политики» и «Летопись современной беллетристики», а в 1894—96 он вел один из главных отделов издания «Современные вопросы». В 1896 С. А. Петровский оставил пост редактора «Московских ведомостей», и Особое совещание приняло решение передать газету Грингмуту. О том, насколько был высок к тому времени его авторитет, свидетельствует надпись Государя Императора Николая II на представлении Особого совещания от 17 апр. 1896. Она гласила: «Очень рад этому выбору». И Государь не ошибся.

В «Московских ведомостях» Грингмут почти ежедневно готовил передовые статьи, вел, продолжая традицию «Русского обозрения», еженедельную рубрику «Вопросы русской жизни», публиковал статьи по вопросам театра и искусства, писал для рубрики «Памяти почивших». Кроме того, он не прекратил сотрудничать с «Русским вестником», «Календарем Лицея Цесаревича Николая» и др. изданиями. Помимо публицистики он пробовал себя и как беллетрист — написал комедию и несколько рассказов; был причастен и к научному сообществу. Он состоял членом-корреспондентом Московского археологического общества. Участвуя в трудах восточной комиссии общества, он был известен как специалист по Древнему Египту. Владимир Андреевич состоял почетным или действительным членом почти всех славянских обществ, членом Общества любителей духовного просвещения, членом Московского общества любителей художеств. По случаю столетнего юбилея со дня рождения А. С. Пушкина от имени нескольких московских изданий он составил и прочитал в заседании Общества любителей российской словесности памятный доклад-адрес.

По возникновении в Петербурге первой монархической организации Русское Собрание (РС), Грингмут вступил в ее ряды, вел активную переписку с одним из организаторов В. Л. Величко, принимал участие в разработке программы. Политикой в полном смысле слова Грингмут начал заниматься с 1905. Следует подчеркнуть, что он вынужден был стать политиком. К этому его призвал Царь! 18 февр. 1905 появился Манифест Государя Императора, призывавший всех верных подданных на борьбу с революцией. А на следующий день был опубликован рескрипт Государя на имя министра внутренних дел, в котором говорилось о Высочайшем намерении привлекать облеченных доверием народа людей к участию в предварительной разработке и обсуждении законов. Эти два документа и подвигли Грингмута к активной политической деятельности.

С присущей ему энергией и организаторским талантом он принялся за создание РМП, которая стала одной из самых влиятельных монархических организаций. По его инициативе в нояб. 1905 разрозненные до той поры московские патриотические организации объединились во Всенародный Русский Союз. Авторитет Грингмута среди монархистов уже к к. 1905 был весьма высок. Не случайно именно ему было предоставлено право обратиться с речью к Государю 1 дек. 1905 во время Высочайшего приема в Царском Селе семи депутаций от правых организаций. Московская смута октября-декабря 1905 стали для Грингмута тяжелым испытанием. Эти события вызвали, по его собственной оценке, «душевное оцепенение» и «горькое раздумье». Во время смуты он жил под постоянной угрозой разгрома редакции и покушения на свою жизнь. Однажды в марте 1906 попытка покушения состоялась — в редакцию явилась террористка с бомбой. Но Господь не попустил свершиться злодеянию. Испытания не сломили волю Грингмута. Бог давал ему силы для борьбы с наступающей крамолой. Еп. Никон (Рождественский) рассказывал: «Вспоминаю тяжелые и позорные для Москвы дни октябрьских забастовок и декабрьского восстания… Нас, Русских людей, носителей родных заветов Святой Руси, поносили, оплевывали, а в революционных подпольных листках приговаривали и к смерти. Оставалось одно утешение: Богу молиться, да взаимно ободрять, нравственно поддерживать друг друга. И вот с тоскующей душой, бывало, подходишь к телефону, звонишь и спрашиваешь: живы ли вы, Владимир Андреевич? Все ли благополучно? И слышишь в ответ: “За все Слава Богу: сегодня сподобил Бог Святых Тайн приобщиться, и чувствую себя спокойно”… Вот в чем искал он себе подкрепления — в общении с Господом! В Вере Православной он видел единственный якорь спасения и для родной земли. И стоял крепко за Православие, мужественно отражая все издевательства иудействующей печати, всегда готовый умереть за святые идеалы родной Церкви Православной и родной Русской земли».

Учтя тяжелый опыт осени 1905, в 1906 и 1907 Грингмут занимался активной организаторской деятельностью. Он писал воззвания к избирателям, призывы к русским людям не поддаваться на революционную агитацию. Важнейшей задачей было создание новых местных отделов РМП и укрепление уже существовавших. С этой целью Грингмут совершал частые поездки по губернским и уездным городам, где выступал перед единомышленниками. Он посетил Н. Новгород, Калугу, Коломну, Иваново-Вознесенск, Смоленск, Зарайск и др. города, трижды был в Твери и Рязани. Не менее важной задачей было сплочение единомышленников. С этой целью по инициативе Грингмута в 1906 установлены памятные дни монархистов и разработана символика монархического движения. 26 февр. РМП избрала своим постоянным девизом слова Государя, сказанные Иваново-Вознесенской депутации: «Самодержавие Мое останется таким, каким оно было встарь». Вскоре изготовили нагрудный знак монархиста, на котором был выгравирован этот девиз. В ознаменование указа Императора от 8 июля о роспуске революционной Думы в этот день — праздник иконы Казанской Божией Матери — монархисты решили подносить к образу Богородицы в московском Казанском соборе лампаду с надписью «Русские монархисты в призывание молитвенной помощи от Царицы Небесной Царю Самодержцу Всероссийскому в память дня 8 июля 1906».

В февр. 1907 удалось достичь соглашения об объединении двух крупнейших московских организаций РМП и Московского отдела Союза Русского Народа (СРН). Окончательное слияние в единый Монархический Союз Русского Народа (МСРН) планировалось к 1 янв. 1908. Как один из самых авторитетных вождей монархического движения, Грингмут стал инициатором и организатором объединения усилий всех православно-монархических партий и организаций России. Он был активным участником первых четырех Всероссийских Съездов Русских Людей. На Втором Всероссийском Съезде Русских Людей в Москве 6—12 апр. 1906 выступал с важным докладом о ходе выборов в Москве. На Третьем Всероссийском Съезде Русских Людей в Киеве 1—7 окт. 1906 наряду с А. И. Дубровиным и кн. М. Л. Шаховским был сопредседателем съезда, председательствовал в комиссии по выработке резолюции об объединении монархических организаций. По итогам Четвертого Всероссийского Съезда Объединенного Русского Народа в Москве 26 апр.—1 мая 1907 его избрали в состав как Комиссии по внесению изменений в Устав Объединенного Русского Народа, так и Правления Всероссийского Национального Фонда для материального обеспечения защиты интересов Русского Народа.

В 1907 Грингмуту удалось установить контакт с представителями антисоциалистических движений Франции и Швейцарии. В авг. он подготовил доклад «О международной борьбе против революции и социализма» и начал деятельно готовиться к проведению международных противосоциалистических конгрессов, которые планировалось созвать сначала в Париже, а затем в Берлине и Москве.

Помимо задач организационных опыт первых месяцев борьбы со смутой со всей остротой поставил и ряд теоретических проблем, требовавших дальнейшей разработки. Для этого в авг. 1906 в Москве был создан политический клуб монархистов — Русское Монархическое Собрание. Грингмут принимал участие во всех заседаниях и нередко выступал с докладами. Вершиной его публицистики является написанная осенью 1906 статья «Руководство черносотенца-монархиста». В систематизированной и доступной для простого человека форме вождь монархистов давал ответы на все важнейшие социально-политические вопросы современности. В статье четко определялись благородные цели монархического движения. Монархисты стремятся, писал Грингмут, «к тому, чтобы воссоздалась могущественная, единая, неделимая Россия и восстановилась грозная сухопутная и морская ее сила; к тому, чтобы Россия управлялась Неограниченным Самодержавным Государем и чтобы Государя от народа не отделяли ни чиновники, ни думцы; чтобы внутренний порядок и всестороннее, свободное развитие государственных и народных сил строго ограждались твердыми законами, на полное благополучие России и в согласии с ее вековечными историческими основами». Неслучайно эту статью называли «политическим катехизисом черносотенства».

Вместе с тем Грингмут стремился воспрепятствовать тенденции превращения монархических организаций в типичные политические партии, занимающиеся, гл. обр., выборами в Государственную Думу. Он считал, что у монархического движения есть более высокие и вечные цели — национальное и религиозно-нравственное возрождение Русского Народа. Удастся достичь этих целей — и тогда никакие враги не одолеют Россию. Однако на пути к возрождению России Грингмут видел 2 серьезных препятствия, к преодолению которых он звал лучшие силы Русского Народа. Первое препятствие — повальное и развращающее пьянство. Патриотические организации, по мысли Грингмута, должны были немедленно приступить к борьбе с этим злом. В ответ на его призыв Московский губернский съезд монархистов поручил ему разработать устав Братства трезвенников при СРН. Второе препятствие — развращающее воздействие системы образования. Активное участие в революционных беспорядках студентов, а иногда даже и гимназистов, не могло не тревожить. Поэтому Грингмут предпринимал попытки создания образцовой русской национальной школы. Он выдвинул идею покрыть Россию сетью Кирилло-Мефодиевских школ (низших, средних и высших), которые в научном отношении не уступали бы европейским, но были бы образцами религиозно-нравственного, русского национального воспитания. По его инициативе в дек. 1906 были созданы особые школьные комиссии при отделах СРН, а с 1 сент. 1907 планировалось открыть в Москве 1-й класс Кирилло-Мефодиевской гимназии. После смерти Грингмута эта идея не получила широкого распространения. Но все-таки Русское Собрание в Петербурге и Союз Русских Людей (СРЛ) в Одессе открыли гимназии, а в Москве были созданы 2 двухклассные церковно-приходские школы, одна из которых, открытая Русским Монархическим Собранием, носила имя Владимира Андреевича. Имя Грингмута было присвоено и Церковно-учительским курсам, открытым 8 сент. 1911 в московском Высоко-Петровском монастыре.

20 сент. 1907, несмотря на запрет врача, больной Грингмут поехал в Рязань на встречу с единомышленниками. Вернувшись, он слег с воспалением легких и 28 сент. скончался. Отпевали новопреставленного раба Божия Владимира митр. Московский и Коломенский свмч. Владимир (Богоявленский) соборно с 3 епископами, 4 архимандритами, протопресвитером Успенского собора Кремля, 33 протоиереями и священниками. Грингмута похоронили на кладбище московского Скорбященского монастыря.

Памятник на могиле В.А. Грингмута (по проекту В.М. Васнецова)

В речи на погребении Грингмута его ближайший сподвижник по РМП о. Иоанн Восторгов сказал: «Наделенный от Бога не одним, а всеми пятью талантами, он в избранном тернистом пути жизни, в служении Русскому народу, его вере, историческим заветам и устоям его государственности работал на все таланты, ему данные, и ни одного из них не закопал в землю… И блажен ты, раб благий и верный, со тщанием и страхом Божиим трудившийся. Ты внидешь в радость Господа своего».

25 апр. 1910 на могиле Грингмута был освящен крест-памятник, исполненный по рисунку знаменитого русского художника В. М. Васнецова. На памятнике были высечены предсмертные слова Грингмута, его завещание Русскому Народу: «Православные русские люди, собирайтесь, объединяйтесь, молитесь».

Соч.: Золаизм в России. М., 1880; Где наша будущность: в Европе или в Азии? // Русское обозрение. 1891. № 10; Современные вопросы. Т. 1—2. М., 1893—94; Россия на распутьи // Русское обозрение. 1894. № 10; Ближайшая будущность России. М., 1895; М. Н. Катков как государственный деятель // Русский вестник. 1897. № 8; Русские и евреи в нашей революции. М., 1907; История народовластия. Докл., прочитанный 24 июня 1907 в Тверском благородном собрании. М., 1908; Блокнот профессора Баррикадова. М., 1908; Собр. ст. Владимира Андреевича Грингмута. Полит. ст. 1896—1907. Вып. 1—4. М., 1908—10; Руководство черносотенца-монархиста. Изд. 2-е. М., 1911.

Лит.: Меньшиков М. О. Заслуга Грингмута // Новое время. 1907. № 11336; Загуляева Ю. К кончине Грингмута // Вестник Русского Собрания. 1907. № 24; Садовский Е. Памяти Грингмута // Там же. № 26; Богатырь мысли и дела. Памяти Владимира Андреевича Грингмута. М., 1909; Памятник В. А. Грингмуту // Исторический вестник. 1910. Т. 120; Владимир Андреевич Грингмут. Очерк его жизни и деятельности. М., 1913.

Подробнее