Rusinst <   Авторы <  

Меньшиков М. О.

(23.09.1859 – 20.09.1918)

МЕНЬШИКОВ Михаил Осипович (23.09.1859–20.09.1918), мыслитель и публицист, один из основателей Всероссийского национального союза. Отец Меньшикова происходил из священнической семьи, мать — из дворян. В 1873, окончив Опочецкое уездное училище, он поступает в Кронштадтское морское техническое училище, после окончания которого Меньшиков становится флотским офицером. На его офицерскую долю выпало участвовать в нескольких дальних морских походах, писательским плодом которых явилась вышедшая в 1884 первая книга очерков «По портам Европы».

Тогда же он, как военно-морской гидрограф, составляет несколько гидрографическо-штурманских сочинений: «Руководство к чтению морских карт, русских и иностранных» (СПб., 1891) и «Лоция Абосских и восточной части Аландских шхер» (СПб., 1892).

Параллельно со службой во флоте молодой Меньшиков начинает сотрудничать в «Неделе» (с сер. 1880-х), где вскоре становится ведущим сотрудником.

Поверив окончательно в свой писательский дар, Меньшиков подает в 1892 в отставку в чине штабс-капитана и всецело посвящает себя публицистике. Будучи в то время под влиянием нравственных идей Толстого, публицистика Меньшикова была весьма морализаторского направления. Статьи, печатавшиеся им в «Неделе», издавались отдельными книгами: «Думы о счастье» (СПб., 1899), «О писательстве» (СПб., 1899), «О любви» (СПб., 1899), «Критические очерки» (СПб., 1900), «Народные заступники» (СПб., 1900).

После прекращения издания «Недели» А. С. Суворин приглашает Меньшикова к сотрудничеству в своей газете «Новое время». Здесь талант Меньшикова раскрылся с большей цельностью и остротой в его «Письмах к ближним», печатавшихся (2—3 статьи в неделю) под этим общим названием вплоть до закрытия газеты в 1917.

Меньшиков придавал огромное значение публицистике, ее мощи и ее возможностям влиять на умы людей. Считая публицистику искусством, он утверждал крайнюю важность для общества в XX столетии иметь хорошую публицистику, упадок которой мог бы отразиться наиболее печально на сознании граждан.

Как публицист Меньшиков считал, что именно народность — наиболее угрожаемый пункт в обороне Отечества. «Именно тут, — утверждал он, — идет подмен материи, тут фальсифицируется самая природа расы и нерусские племена неудержимо вытесняют русскую народность».

Консервативное сознание в его публицистике проявлялось в культивировании чувства вечного, которое в его время было подавлено борьбой между старым и новым. Меньшиков очень много писал, и в его статьях, к сожалению, можно найти немало спорного или скороспелого в чересчур смелых обобщениях. Самым интересным у Меньшикова всегда были рассуждения о национальных проблемах, о русском национализме. Его национализм — это национализм не агрессивный, национализм не захвата или насилия, а, как он выражался, национализм честного разграничения одних наций от других, при котором только и возможны хорошие отношения между нациями. Его национализм не собирался никого уничтожать, как это неоднократно ему приписывали различные недоброжелатели. Он лишь собирался оборонять свою нацию — действие совершенно законное и нравственно должное.

«Мы, — писал Меньшиков, — не восстаем против приезда к нам и даже против сожительства некоторого процента иноплеменников, давая им охотно среди себя почти все права гражданства. Мы восстаем лишь против массового их нашествия, против заполонения ими важнейших наших государственных и культурных позиций. Мы протестуем против идущего завоевания России нерусскими племенами, против постепенного отнятия у нас земли, веры и власти. Мирному наплыву чуждых рас мы хотели бы дать отпор, сосредоточив для этого всю энергию нашего когда-то победоносного народа...».

Многие темы брались им штурмом, который не всегда был теоретически и фактически верным, оставаясь, однако, всегда талантливым по форме и всегда энергичным. Много горького говорил он в адрес русского народа и его истории, но делал это всегда искренне.

Писательство всегда было для него подвигом, оно стоило ему жизни, а при жизни было наполнено всевозможной на него клеветой и угрозами — поэтому к его словам надо относиться серьезно и с пониманием. «Что касается ругательных писем, — писал он, — то они, как и гнусные статьи в инородческой печати, мне доставляют удовлетворение стрелка, попавшего в цель. Именно в тех случаях, когда вы попадаете в яблоко, начинается шум: выскакивает заяц и бьет в барабан или начинает играть шарманка. По количеству подметных писем и грязных статей публицист, защищающий интересы Родины, может убедиться, насколько действительна его работа. В таком серьезном и страшном деле, как политическая борьба, обращать внимание на раздраженные укоры врагов было бы так же странно, как солдату ждать из неприятельских окопов конфеты вместо пуль».

Меньшиков был одним из организаторов Всероссийского национального союза, который был организацией, рожденной не революционными событиями 1905, как большинство монархических организаций (кроме Русского собрания), а уже мирной жизнью, жизнью Государственной думы и публицистикой Меньшикова. В него вошли умеренно-правые элементы образованного русского общества — национально настроенные профессора, военные в отставке, чиновники, публицисты, — объединенные общей идеей главенства народности в трехчленной русской формуле.

Союз русского народа был организацией массовой, народной, многочисленной и был рожден как патриотическая реакция на революцию 1905. Всероссийский национальный союз появился во времена столыпинского правления и работы III Государственной думы как союз единомышленников, требовавших немедленного решения национального и прежде всего еврейского вопроса. Традиционную триаду Православие-Самодержавие-Народность они формулировали с конца. Для националистов и Православие, и самодержавие вытекали из понятия «народность» и национальных особенностей. Это было серьезной ошибкой.

Поэтому Меньшиков не во всем понимал позицию монархистов, не разделял некоторые их положения, но он был честен по отношению к ним и признавал их заслуги перед Отечеством. «Непростительно забыть, — писал он в 1911, — какую роль сыграли, напр., покойный Грингмут в Москве или Дубровин в Петербурге, Дубасов — в Москве или Дурново — в Петербурге, Семеновский полк в Москве или вся гвардия в Петербурге. Что главная осада власти и центральный штурм ее были в Петербурге и в Москве... Инородческая революция пыталась поразить империю в самом ее сердце — вот отчего в обе столицы понабилось столько мятежников и пристанодержателей бунта. Мы... не принадлежим к Союзу русского народа, но было бы или актом невежества, или черной неблагодарностью забыть, что наши национальные начала были провозглашены еще задолго до возникновения партии националистов — именно такими “черносотенными” организациями Петербурга, каково Русское собрание и Союз г-д Дубровина и Пуришкевича. Если серьезно говорить о борьбе со смутой, действительной борьбе, не на живот, а на смерть, то вели ее не киевские националисты, а петербургские и московские монархисты»

Февральская революция 1917 закрыла газету «Новое время» и оставила Меньшикова без любимого дела. Октябрь же не дал ему прожить и года под своей властью.

Он был арестован на Валдае. 19 сент. 1918 Меньшиков писал своей жене из заключения: «Члены и председатель Чрезвычайной следственной комиссии евреи и не скрывают, что арест мой и суд — месть за старые мои обличительные статьи против евреев» (М. О. Меньшиков. Материалы к биографии // Российский архив. Вып. IV. М., 1993).

За день до расстрела он написал как бы в завещание своей жене и детям: «Запомните — умираю жертвой еврейской мести не за какие-либо преступления, а лишь за обличение еврейского народа, за что они истребляли и своих пророков. Жаль, что не удалось еще пожить и полюбоваться на вас».

20 сент. 1918 он был расстрелян чекистами за свои статьи на берегу Валдайского озера.

Но идеи бессмертны и не теряют творческой силы после смерти своих носителей. После смерти Меньшикова осталась великая публицистика, девизом которой можно поставить такие его слова: «Не раз великая империя наша приближалась к краю гибели, но спасало ее не богатство, которого не было, не вооружение, которым мы всегда хромали, а железное мужество ее сынов, не щадивших ни сил, ни жизни, лишь бы жила Россия».

Соч.: Думы о счастье. СПб., 1899; О писательстве. СПб., 1899; О любви. СПб., 1899; Критические очерки. СПб., 1900, Народные заступники. СПб., 1900; Письма к ближним. Вып. 1—15. СПб., 1901—16; Из писем к ближним / Сост. М. Б. Поспелов М., 1991 О любви. Ставрополь, 1994; Думы о счастье. Ставрополь, 1996; Выше свободы. М., 1998; Письма к Русской нации / Сост., вступ. ст. и комм. М. Б. Смолина.

Подробнее